Тени сгущаются - Страница 17


К оглавлению

17

Капитан весь сиял, довольный проделанной работой, – пока его не вызвал военный губернатор.

Вернувшись от него, наш медведь собрал офицеров и старших сержантов.

– Плохие новости, – сказал он. – Госпожа посылает Хромого, чтобы тот перевел нас через равнину Страха. Нас и караван, который мы будем сопровождать.

Мы в ответ лишь угрюмо молчали. Между Отрядом и Хромым была давняя кровная вражда.

– Выступаем скоро? – спросил Ильмо.

Все мы нуждались в отдыхе. Никто нам его, естественно, не обещал: ни Госпожа, ни Взятые, как правило, не считаются с человеческими слабостями, но все-таки…

– Точное время неизвестно. Однако не расслабляйтесь. Хромого еще нет, но он может появиться хоть завтра.

Может, конечно. На коврах-самолетах, которые есть у Взятых, можно прибыть куда угодно за пару дней.

– Будем надеяться, его задержат какие-нибудь другие дела, – пробормотал я себе под нос.

Мне не хотелось снова с ним встречаться. В прошлом мы довольно-таки сильно ему насолили. До битвы под Чарами Отряд тесно сотрудничал со Взятой по прозвищу Душелов. Она не раз вовлекала нас в свои интриги, пытаясь дискредитировать Хромого – отчасти из-за старинной вражды, отчасти потому, что тайно работала на Властелина. Ей удалось настроить против Хромого даже Госпожу, и та чуть было не уничтожила его, но потом полностью восстановила в правах и привлекла к участию в решающей битве.

Давным-давно, в самом начале эпохи Владычества, за столетия до основания империи Госпожи, Властелин победил своих самых опасных соперников и заставил их служить себе. Так у него появились десять злодеев, прозванных вскоре Десятью Взятыми. Когда Белая Роза подняла народ против жестокого правления Властелина, Взятые были погребены вместе с ним. Но уничтожить их она не смогла.

Мирные столетия притупили людскую бдительность. Один любопытный колдун попытался войти с Госпожой в контакт. Госпожа использовала его, чтобы вырваться на волю, и Десять Взятых восстали из могил вместе с ней. В течение жизни одного поколения они создали новую империю тьмы. И с этой империей сражались вот уже два поколения повстанцев, чьи пророки твердили, будто Белая Роза скоро родится вновь, в другом воплощении, и приведет их к окончательной победе.

Какое-то время казалось, что они победят. Наши армии были разбиты. Провинции пали. Взятые враждовали между собой и убивали друг друга. Девять из Десяти погибли. Но Госпожа частично возместила свои потери, взяв трех повстанческих полководцев: Перо, Странника и Шепот – возможно, лучшего генерала со времен Белой Розы. Ох и давала же она нам прикурить, пока ее не взяли!

Пророки мятежников были правы во всем, за исключением последнего и решающего боя. Они считали, что их поведет на него новая Белая Роза. Но этого не случилось. Им не удалось найти ее вовремя.

А между тем она жила уже в своем новом воплощении. Но жила по нашу сторону от линии фронта, даже не подозревая о том, кто она такая. Я узнал о ней – и именно благодаря этому знанию моя жизнь не будет стоить и ломаного гроша, если меня подвергнут допросу.

– Костоправ! – рявкнул Капитан. – Проснись!

Все уставились на меня, недоумевая, как я могу предаваться грезам, когда он говорит такие вещи.

– Что?

– Ты не слушал меня?

– Нет.

Он одарил меня самым медвежьим из своих свирепых взглядов.

– Ну так послушай! Готовься к путешествию на ковре, когда прибудет Взятый. С собой можешь взять не больше пятидесяти фунтов барахлишка.

Ковер? Взятый? Какого черта? Я оглянулся вокруг. Некоторые ухмылялись. Другие смотрели на меня с сочувствием. Полет на ковре?

– Зачем?

– Госпожа хочет послать десять человек на подмогу Шепот и Перу в Курганье, – терпеливо объяснил Капитан. – Я не знаю зачем. Ты один из тех, кого она выбрала.

Легкий приступ страха.

– Почему я?

Я уже побывал в ее любимчиках, и это было круто.

– Возможно, она все еще любит тебя. Старая любовь не ржавеет.

– Капитан!..

– Потому что она так сказала, Костоправ.

– Да, такого аргумента достаточно. С ним не поспоришь. Кто остальные девять?

– Не спи, тогда все узнаешь. И не переживай заранее, успеешь еще. А сейчас вернемся к нашим баранам.


Шепот прибыла в Стужу раньше Хромого. Не успел я опомниться, как обнаружил, что бросаю свое барахло на ее ковер-самолет. Пятьдесят фунтов. Остальное я оставил на хранение Одноглазому и Молчуну.

Ковер называется ковром лишь из вежливости, то бишь по традиции. На самом деле это кусок грубого полотна, натянутый на деревянную раму в фут высотой. Моими попутчиками оказались Ильмо, возглавивший нашу команду, и Шишка. Шишка – лентяй, каких свет не видывал, но мечом орудует классно.

Наше снаряжение вместе с еще сотней фунтов груза, принадлежащего ребятам, которые присоединятся к нам позже, лежало посередине ковра. Ильмо и Шишка трясущимися руками привязались к двум задним углам деревянной рамы. Мое место было спереди, слева. Справа сидела Шепот. Все мы напялили на себя кучу одежек, так что еле могли шевельнуться. Полет будет быстрым и на большой высоте, предупредила нас Шепот. А температура наверху очень низкая.

Меня трясло не меньше, чем Ильмо и Шишку, хотя мне уже доводилось летать на коврах. Я любил вид с высоты, но страшился того предощущения падения, что неизбежно сопутствует полету. Я боялся также равнины Страха, где в воздухе шныряют странные и кровожадные твари.

– В сортир все сходили? – поинтересовалась Шепот. – Полет будет долгим.

О том, что мы можем обмочиться со страха – а в воздухе такое случалось, – она упоминать не стала. Голос у Шепот приятный и мелодичный, как у тех женщин, что приходят к вам в последнем сне перед пробуждением. Но внешность ее совершенно не соответствует голосу. Шепот до кончиков ногтей выглядит именно тем закаленным воякой, каким и является на самом деле. Она смерила меня взглядом, очевидно припомнив нашу предыдущую встречу в Облачном лесу.

17